Михаил Окунь...  в новой книге, словно персонаж Пу Сунлина из его «Лисьих чар», внезапно обернулся к читателю своей безжалостной, брутальной, «звериной» стороной. В его стихах появилась боль и страсть, достойная этого слова, - действительность ранит, и ранит жестоко, поэт перестал скрывать эту пропись и бросил действительности своего рода вызов: по-прежнему ничуть не обличая, он сознался, что знает всё или почти всё об уготованных капканах и волчьих ямах. Этакий перечень «скользких» мест. Неспроста стихи его новой книги касаются предметов и тем, которые поэзия обычно сознательно выводит за рамки своего окоёма, традиционно считая их грубыми и низкими.
…Стихи Михаила Окуня в тот вечер и в том литературном салоне, видавшем многих поэтов и слышавших бездну отважных речений, звучали свежо – подчас до озноба, до пронизывающего холодка.

П. Крусанов. «Ночной ларёк» в литературном салоне. Питерbook  плюс, 10-1998. 

«Ночной ларёк» знаю уже наизусть. Это не только книга дивных стихов, но и оправдание для того поколения петербуржцев, к которому ты принадлежишь. О Венеции не стоит сочинять, она и без того прекрасна. А вот выступить адвокатом торгашам и проституткам – дело чести настоящего поэта.

Борис Рыжий. Из письма 27.06.1999.

Ральф Датли (Гейдельберг), поэт, славист, переводчик поэтов Серебряного века. Эл. письмо.



На презентации сборника в Центре современной литературы и книги.
Петербург, сентябрь 1998 г.
Вел вечер А.Пурин, выступили А.Пикач, С. Ботвинник, И. Фоняков, Е.Каминский, В.Тареев, Е.Звягин,
были Н.Иовлев (делал видеозапись), П.Крусанов, С.Коровин, А.Мирзаев, В.Соболь, С.Фролёнок, некая шведская поэтесса и др.